«Студент, какой бы он ни был, — это самое главное для меня»

Интервью с человеком, который посвятил двенадцать лет должности ректора в ИГУ

Герой этой статьи — Юрий Павлович Козлов, доктор биологический наук, профессор, заслуженный деятель науки РСФС, лауреат Государственной премии СССР, обладатель многих орденов и медалей, почетный работник высшего профессионального образования РФ, ректор ИГУ с 1977 по 1989 год и просто интересный человек, который поделился с нами своими откровениями и историями о жизни вуза.

Как изменился Иркутский государственный университет?

Юрий Павлович Козлов родился 15 мая 1935 года в Киеве. В 1958 году окончил биологический факультет МГУ и продолжил обучение в аспирантуре. В 1973-м ему было присвоено ученое звание профессора по кафедре биофизики, а в 1977 году молодому и перспективному ученому предложили возглавить ИГУ, который в те годы считался одним из крупнейших и авторитетных научных и образовательных центров Сибири. Юрий работал в должности ректора и одновременно руководил межфакультетской кафедрой физико-химической биологии. За те годы значительно возрос научный и образовательный потенциал вуза, открылись новые специальности, значительно выросло количество докторов и кандидатов наук, расширились и активно заработали международные связи.

Меня не было в Иркутске с 2003 года, и я заметил, что вуз организационно растёт. Однако, встретился с Игорем Бычковым, и он поддержал меня в том, что нужно развивать междисциплинарные исследования. В свое время я создал кафедру физико-химической биологии, ведь для того, чтобы делать научные открытия, за одним столом должны быть физик и микробиолог. Эта кафедра была межфакультетской, я уехал, и она стала факультетской, а ведь это очень важно. Давайте возвращаться к тем истокам!

Страшно изменились мы. Приведу свой любимый афоризм: выделив себя из природы, человек превратил её в окружающую среду. Будто он не часть природы. Это неправильно. Многие этого не понимают, и поэтому возникают проблемы с экологией. Перед вами биолог по образованию, и сам бог велел мне связать свою жизнь с этой темой, поэтому я создал русское экологическое общество. В Иркутске тоже появилось отделение, и я уже вручил десять удостоверений. Мне эту идею подсказали мой друг и двоюродный дед, который, кстати, был одним из создателей русского географического общества.

Вы родились в Киеве и жили в Москве. Почему решили уехать в Иркутск и развивать науку здесь?

Мне предлагали много университетов, например, Киевский, Самарский, Тверской. Однажды я узнал, что моему отцу тоже как-то давали должность ректора в Иркутске. Он отказался, потому что моя мать была против, но когда об этом сказал я, все меня поддержали. В общем мне показалось это значимым событием, согласился и поехал, правда без команды. В первое время приходилось тяжело, но у меня был превосходный праректор. Мне представлялось, что Сибирь и ее возможности — это неизведанное пространство, где работают очень интересные люди, ведь Иркутск создан интеллигенцией. Ещё я приехал сюда потому, что рядом Монголия, а там жил и работал мой двоюродный дед, о котором я уже упоминал.

Когда Вы собрали команду, на что была нацелена Ваша работа?

До меня был Николай Лосев, который вытянул науку Восточной Сибири, он прекрасно организовывал это дело. Когда я приехал в Иркутск, то понял, что нужно поднять науку еще выше, но чтобы это сделать, о нас должно знать мировое сообщество. Нам необходимы были международные связи, не только с Монгольским университетом или с Китайским, с которыми уже сотрудничали. Впервые в 1989 году в Токио я встретился с руководителем Мэрилендского университета и договорился сделать центр. Мы заложили основу для Сибирско-американского  факультета.

Как Вам удавалось замечать то, что необходимо вузу? 

Никто не мог определить кто я по специальности. Математики думали, что я математик; биологи, что биолог; физики, что физик и тд. Все потому, что я изучал междисциплинарную науку. Это позволяло мне видеть и естественную, и гуманитарную стороны. Например, когда узнал, что такое научный атеизм, я стал первым, кто убрал этот предмет из университета.

Всегда знал, что математик и физик живут более быстрым темпом, и появилась гимназия с тремя отделениями при университете: физическим, математическим и гуманитарным. Раньше два года в этой гимназии у первых двух направлений приравнивались к двум курсам в университете.

У госуниверситета теперь есть лицей, и он выпускает очень подготовленных ребят, но многие из них уезжают поступать в другие города. Что думаете об этом?

Кто же в этом виноват? Вы видели зарплаты? В 2013 году я был в Америке и читал лекцию о нанобиосенсорике. Мои ученики развивают это направление за рубежом. А все почему? Потому что в России неясно, куда уходят деньги. Тем, у кого большие капиталы, надо думать о своей Родине. Помню как собирал стройотряды и проводил свет в Больших Котах, где располагались лаборатории. Благодаря этому мы получили международный потент по ихтиологии. Для того, что развивать современную науку, нужны не только мозги, но и аппаратура. Сегодня вместо тех лабораторий стоит гостиница, что очень огорчает.

Что Вы сделали для студентов?

Многим студентам, чтобы учиться, нужно было где-то жить, и я построил первое общежитие на 1200 мест. До этого я договаривался с одинокими пенсионерами и подселял ребят к ним, и когда те уезжали, они становились уже родными друг другу. Также меня волновало то, чтобы у моих студентов была лучшая информационная обеспеченность и образовательная культура. В библиотеках появились совершенно новые вещи. В-третьих, мне нужен был такой преподавательский состав, который бы не работал по принципу «прочитал—ушёл», а был заинтересован в знаниях учащихся.

Ваше кредо?

Никогда не клади в карман то, что тебе не принадлежит.